Barnaby Woods

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Barnaby Woods » Частные дома » Сплетни. Кофе. Пирог. 25 мая, 1961 год, 11.30


Сплетни. Кофе. Пирог. 25 мая, 1961 год, 11.30

Сообщений 1 страница 40 из 48

1

Описание места: Кухня в доме да Силва.

Учавствуют: Мария да Силва, Марина Фальконе, Томми да Силва, Карлос да Силва

Конец: Они побеседуют все вчетвером и Марина пропустит обед у себя дома.

Дополнительная информация

Марина принесла вчерашний пирог и подруга пригласила её на чашечку кофе.

Отредактировано Marina Falcone (15.01.2014 20:53)

0

2

С утра она постирала все грязное белье, высушила, отгладила и разложила в шкафах по цвету согласно его указаниям. Она приготовила обед, четко следуя его инструкциям. Остальную часть времени она потратила на уборку ванных комнат, как он и приказал накануне вечером. К одиннадцати часам работа по дому была завершена и Марина доставала из духового шкафа свежеиспеченные булочки. Она уложила их в плетенную корзинку и оставила на столе, вместо блюда с пирогом. Вчера Маттео приказал выбросить пирог - он стоял на столе всю ночь.
«Выбросить?» - мысленно повторила приказ мужа. С этим было трудно смириться. Разумеется, привыкнуть к тому, что американцы выбрасывают еду нетрудно, ещё сложнее, когда дело касается собственной стряпни. Марина помнила, что потратила на ананасовый пирог три часа и сейчас рука не поднималась отправить в корзину эту вкуснятину.
«Томми любит ананасовый пирог…» - Марина светло улыбнулась. Вспомнилось прошлое утро, когда Томми зашёл прямо после школы и съел сразу пять кусочков. Он повторял постоянно: «Очень вкусно.… Ой, вкусно… Вкусно…» А вот дети и муж не оценили стараний. Мария сказала, что слишком сладкий, а Маттео не понравился запах.
«Отнесу-ка, я им!» - улыбка уступила место радости. Глаза сразу заблестели как у ребёнка в ожидании праздника. Она была очень рада отвлечься от ежедневных забот и заглянуть в соседний дом на часок, другой. Тем более повод очень хороший – пирог. Мария, Томми, Изабелл и Робин будут только рады. Они всегда хвалят её пироги.
Миссис Фальконе, вернее сказать, миссис Маттео Фальконе, ибо Марина изо всех сил старалась соответствовать стандартам домохозяйки, которые задал супруг, оставила фартук на вешалке, взяла в руки блюдо и быстрым шагом вышла из дома. Она почти бежала, потому что очень хотела застать Марию дома.
- Мария! – позвала она подругу, постучавшись несколько раз. – Мария!
Женщина не стала дожидаться пока ей откроют, дверь была незаперта, и это значило, что дома всё-таки кто-то есть. Она шагала из прихожей на кухню через гостиную очень осторожно, хотя была в этом доме тысячу раз. Было неловко врывать в чужой дом. Пусть даже этот дом куплен на деньги мужа.
«Надо вернуться к двери! Я не должна нарушать личное пространство!» - Марина засомневалась, оставила блюдо с десертом на кофейном столике у камина и вернулась к парадному входу.

+1

3

Она задержалась в магазине потому, что покупатель никак не мог выбрать между вишнёвым пирогом и яблочной шарлоткой. Погода хмурилась и когда Мария вышла из магазина, как по заказу хлынул ливень.

Женщина простудилась, но держалась до последнего момента, пока не ударила высокая температура. Ей не хотелось оставлять магазин и нагружать Робина её делами. И потом не улыбалось оставаться дома и делать всю работу: стирать, убирать и готовить. Последнее она вообще не умела. Как вариант – изображать из себя чрезвычайно больную, но притворяться Мария не умела.

Утром она проводила детей в школу, выпила лекарства и вздохнув, посмотрела на гору посуды.
”Придётся мыть мне…” – она не любила убираться, но беспорядок в доме не нравился ещё больше.

Пересилив своё «не хочу» , женщина вымыла посуду и убрала остатки завтрака со стола в холодильник. Потом она собиралась поспать, но мысли о том, как поживает её детище без неё, не давали покоя.

– Может быть, мне стоит приехать?.. Робин, ты один справляешься?.. – не унималась Мария. Она держала плечом трубку, а второй рукой держала аппарат. Так она ходила по комнатам. Пока не вскрикнула, уронив телефон.

Она едва не перевернула тарелку с пирогом, которую кто-то оставил в гостиной. Она принялась громко ругаться на Робина, ведь он у них готовит вкусности, собирая в гостиной шнур от телефона.

– Ой, Марина, привет! – улыбнулась женщина и сразу же смягчилась завидев подругу,  - Я тебя не заметила…

0

4

Трудно описать ту гамму эмоций, что испытала Марина пока стояла у парадного входа. Женщина металась вдоль двери, как зверь в клетке, зажав пальцы в замок за спиной. Она и боролась с чувством вины, и была в нетерпении от встречи с подругой, и ждала похвалы за свой трёхчасовой труд, разумеется, ни одного доброго слова со стороны родных она не услышала, вот её и понесло в соседний дом. Дом напротив. Этот домик хотя и был меньше имения Фальконе, если сложить все комнаты дома да Силва, то это будет половина первого этажа их дома, но Марина с радостью поводила тут время. Причина была проста - тут хвалили её стряпню, обращали на неё внимания, считались с её мнением и, самое главное, уважали. Миссис Маттео Фальконе немного нужно было для счастья. Но дело было в том, что это счастье она не находила в своей семье.
- Мария! - она радостно приподнялась на мысочки и обняла подругу. - Как ты? Томми говорил, что ты попала под дождь? Я его уже ругала за это и он обещал в плохую погоду встречать тебя после работы. В конце-концов, ты бы могла позвонить мне...
Не дожидаясь словесного приглашения, Марине было достаточно жеста, женщина прошла внутрь дома и присела на кресло у камина, возле кофейного столика на котором она оставила пирог несколько минут назад. Только сейчас блюдо стояло на краю. Вот-вот бы и упало. Миссис Фальконе быстро исправила положение.
- Маттео сказал выбросить пирог, а мне было жаль, вот я и занесла то, что осталось... Ты не против? Может Томми поест, это же его любимый, ананасовый, у тебя же и без того на работе пирогов хватает. - Марина улыбнулась и поёрзала на кресле от небольшого волнения, неизвестно откуда взявшегося.
Однако, поразмышляв немного, легко увидеть причину такого поведения: у Марины всегда мало было подруг. В детстве из-за сомнамбулизма, а далее в юности из-за будущего мужа, потому что он был против компаний и вечеринок и того, чтобы его будущая жена туда ходила. Потом было много дел по дому. Потребовались годы, чтобы научиться управляться со всеми домашними делами с пяти тридцати до одиннадцати утра. Мария была её единственной подругой. И она очень боялась её чем-то разозлить, разочаровать или как-нибудь поспособствовать разрушению их дружбы.

+1

5

Мария всё ещё боролась с телефонным проводом, который размотался по всей комнате. Необходимо было собрать  его, иначе кто-нибудь из детей опять зацепит ногой и телефон снова упадёт. О том, насколько частыми были падения, можно было догадаться по большой трещине на корпусе аппарата.

– Не беспокойся за меня,  я быстро встану на ноги… – улыбнулась Мария.
Всё-таки, приятно, что кто-то беспокоится о твоём здоровье, но лучше не слишком много расспросов. Женщина не любила чувствовать себя слабой и беспомощной.

– Томми!.. – Мария усмехнулась. Покончив с проводом, она опустилась в кресло, вытянув ноги, - Зачем Карлос подарил ему машину?! В таком возрасте ребёнку нужен велосипед, а не машина. Недавно я видела у него штрафную квитанцию за превышение скорости. Господи. ему всего семнадцать, а ему уже выписывают квитанции…

Она посмотрела на подругу. Мария всегда завидовала её жизни. Во-первых, потому, что у Марины был такой муж, за спину которого можно было спрятаться от любых ненастий. И потом, у неё нет совсем забот. Она живёт, зная, что муж обеспечит её всем необходимым.  Марине даже не нужно для этого работать.

– Спасибо за беспокойство, но мне не хотелось лишний раз теребить сеньора Фальконе… Подумала, что со мной может случиться?! Но случилось, – Мария всегда называла Маттео сеньором Фальконе, под стать тем домработницам из Испании и Мексики. Язык не поворачивался назвать по-другому. Он ведь столько сделал!

– Пойдём лучше выпьем кофе… А на работе… Самое смешное, что я даже не пробую те пироги, которые продаю! – улыбнулась она и направилась в сторону кухни. Вернее, той части комнаты, где располагалась кухня.

+2

6

И вот они заговорили о детях. Дети... Марина всегда считала, что это цветы жизни, но, к сожалению, Маттео сам воспитывал всех детей, потому что считал, что женщины слишком любят своих отпрысков и часто их балуют. Так, они чаще говорили о детях Марии да Силвы. Иногда Марина всерьёз за них переживала, как будто они были не просто подругами, а родственниками или даже сёстрами.
- Штрафная квитанция?! - ужаснулась миссис Фальконе, как будто Мария сказала о чём-то страшном.
"Не верю, что Томми гонял снова! Он же мне обещал!" - мысли стёрли улыбку и всякое напоминание о радости. Теперь в чертах её лица угадывалось лишь волнение и тревога. На лице появилась гримаса ужаса. - "А если была бы автокатастрофа?! Столько людей от этого погибают! Автомобиль даже опасней самолёта! А он... он совсем не понимает, что жизнь - это очень хрупкая вещь. Ему надо быть осторожным..."
Марина представила смерть Томаса да Силвы. Его похороны на кладбище. Разумеется, не на Арлингтонском кладбище, хотя Маттео мог бы обратиться к нужным людям, чтобы получить там место! Но название кладбища не меняет дело. Что будет с Марией? А с ней? Кто будет заходить после школы к ней на кухню и помогать с готовкой, уборкой или работой в саду? Томми очень хорошо стрижёт газон, так даже Марина не умеет. Ананасовый пирог? Для кого она будет его печь?
Так взгляд упал на блюдо пирога, как раз в тот момент, когда хозяйка ловко взяла тарелку и понесла её на кухню, приглашая подругу выпить кофе. Марина послушно следовала за миссис да Силва.
"Когда я готовила его, я думала о Томми? Да, точно, так и было! Но что с того? Ведь, если бы не Томми и Мария моя жизнь была совсем другой!" - растерянно подумала Марина и почувствовала лёгкую дрожь в руках.
- Можно мне налить себе воды? Я что-то сильно разволновалась, когда подумала, что может быть, если Томми продолжит превышать ограничения по скорости... - Марина слишком эмоционально восприняла новость? Ну, это не новость! Она всегда была очень впечатлительной. С детства. её пугало то, что могло вызвать у других людей смех, а совсем жуткие вещи она могла воспринять очень равнодушно! Она спокойно приняла новость о том, что Маттео влюблён в её мать и то, что его любовница - Симона Фальконе, по документам их с Маттео дочь.
- Спасибо! Мне уже лучше. - она глотнула воды и улыбнулась. - Вчера в аптеке я слышала о новом лекарстве - гидрокортизон. Но в продаже его найти очень трудно. Говорят, что это как жидкая сила - одна инъекция и никакой боли, ты полна сил. Не нужно ни есть, ни спать. И постоянное ощущение радости... Представляешь?! Теперь чтобы почувствовать себя хорошо не нужно стараться! Какие-то лекарства всё устроят - нужно только купить!
Марина откусила кусочек пирога и отметила про себя, что тесто мягкое даже на второй день. Она выпила немного свежесваренного кофе и решила высказать своё мнение по поводу новинки в медицине.
- Это ужасно... Сначала эти амфетамины. По телевизору говорили о зависимости к этому препарату. Выходит, это наркотики и их выписывают врачи больным... А теперь новинка... Неизвестно ещё в чём она переплюнет прежние амфетамины. Что скажешь?
Она отпила ещё немного кофе.

Отредактировано Marina Falcone (09.12.2013 18:23)

+1

7

Мария с небольшим удивлением посмотрела на подругу, которая сильно разволновалась, стоило ей узнать о штрафной квитанции. Она тоже беспокоилась за сына, ей не нравились его друзья, девушки и увлечения  машинами.  Однако, увидев квитанцию, она скорее устало всплеснула руками: ”Опять он за старое!”

Укол совести моментально поразил её.
”Я плохая мать!” – тут же подумала Мария, завидев, как жалеет Марина Томми.
Когда она увидела штрафную квитанцию, её первое желание – отшлёпать сына как следует. Она завидовала Марине, потому, что она никогда не рассказывала о проблемах с детьми.

”У них золотые дети и хорошая семья!” – всегда думала Мария. Ещё больше ей нравился участливый муж, который помогал в воспитании детей.  Женщина никогда не лезла в их семью, а со стороны они были идеальны.

Чтобы не заниматься самоедством, Мария прибегла к средству, которое спасает многих женщин – самообман.
– Томми… да и всем мальчикам… нужен отец , – ответила Мария, принося подруге воды.
Потом Мария разрезала пирог на несколько кусочков, получилось немного кривовато.

Потом Марина заговорила на отвлечённую тему, чему женщина была рада.  Если они дальше будут разговаривать о семье и о детях, её снова охватит зависть или жалость к своей судьбе, или и то, и другое.

– Я в этом ничего не понимаю, но это неправда! Как  может какое-то лекарство заменить сон и еду? Это невозможно! Или если так пойдёт дальше, то через пятьдесят лет людям нужно будет принять одну таблетку и всё! Не надо ни есть, ни спать! А я отказываюсь в это верить!...

Мария закончила свою речь и откусив кусочек пирога принялась с набитым ртом хвалить работу Марины и запивать кофем.

0

8

- Спасибо, спасибо. Я очень рада, что тебе нравиться. Это значит, что пирог не пропадёт и вы его быстро уничтожите! - Марина улыбнулась, женщина редко смеялась, потому что всегда вела себя очень сдержанно. Как жена члена сената и известного человека на Барнаби Вудс, она не могла ударить в грязь лицом.
- А как дела у Изабелл? - у Марии ещё была дочь, которая не доставляла много хлопот. Она всегда была очень тихой и смирной. Таким образом, Марина надеялась, что ответ будет состоять из перечисления успехов дочери. Всё же лучше говорить о приятном, чем о проступках сыновей.
Кстати, о сыновьях.... На языке вертелся вопрос: "Как дела у Рауля? Они писал? Звонил?" Об этом молодом человеке она знала очень мало. Но женщина не хотела разочаровывать подругу.
"Мария вспомнит сына, будет бояться что его убили, если вестей нет так долго. Лучше не буду спрашивать! Лучше не знать мне об этом..." - миссис Фальконе выпила остатки кофе и налила новую кружку, предложив Марии добавки. Она старалась не думать о Рауле, но догадка о том, что парня действительно могли убить, не давала покоя. В конце-концов, Марина решила, что задаст этот вопрос Томми. Парень всегда спокойно переживал подобные разговоры.
- А Лео ещё не вернулся? Я слышала, как Мария разговаривала с ним по телефону... Не знала, что они до сих пор поддерживают связь особенно после того вечера, когда мы провожали Леандру в Европу... - Марина смолкла, припоминая события той пятницы.
В тот день Мария да Силва устроила праздник. В дом пришло очень много гостей, большая часть которых - политики, служащие государственного аппарата и прочие влиятельные люди. Все они - друзья Лео. Что тут сказать? Леандру всегда умел заводить друзей! Семьяэ Фальконе не могла пропустить эту прощальную вечеринку. Всё утро Маттео провёл в спальне старшей дочери, Марии. Девушка почему-то рыдала и ругалась с отцом по-итальянски. Марина неплохо понимала этот язык, но решила не принимать участие, доверив, впрочем, как обычно, воспитание детей мужу. Но на празднике она узнала, в чём тут дело: Маттео объявил о помолвке Марии с его другом. Настала очередь всем остальным рыдать, ведь этот сеньор был старше Марии на несколько лет!
Но самое страшное случилось позже. Леандру был подавлен, зол, расстроен. Его утешали многие, но лучше всего это получилось у Карлоса. Старший да Силва дал брату выпить пару-тройку бокалов вина. И для Лео это количество алкоголя оказалось достаточным, чтобы перебрать. На лужайке перед домом он принялся пускать петарды, поджёг дом, пожарные подоспели вовремя.
События этой пятницы для Марины были плохим воспоминанием. Она снова помрачнела, только теперь причины были очевидны.

+2

9

– Когда у нас что-нибудь оставалось!.. – рассмеялась в ответ Мария.
Правда, они редко что-то выбрасывали. Они успевали съесть раньше, чем что-то портилось. Мария не слишком-то баловала детей домашними вкусностями. Когда те были ещё совсем маленькими, она пыталась кулинарить по книге, но никогда не выходило то, что нужно.

«Я научусь со временем,» – успокаивала себя Мария, но потом она стала больше работать и времени на готовку не осталось совсем.
А у плиты стал колдовать Рауль, а потом Робин.

Мария сделала два больших глотка, что едва не подавилась. Беседа шла своим чередом. Мария иногда любила так посидеть и поболтать ни о чём с подругой. Кстати, Марина была её единственной подругой. У неё слишком рано появился первенец и муж. Все подруги которые были куда-то разбежались, а потом у женщины не было времени ходить с девушками в парк или театр по вечерам в пятницу.

– Изабел меня беспокоит.  Ей уже шестнадцать, а она ещё не умеет целоваться. В её возрасте я уже учила Карлоса разговаривать… Нет, я вовсе не хочу чтобы она «обрадовала» меня младенцем, но она даже не говорит о мальчиках! – всплеснула руками Мария.

В дружбе она ценила искренность, а потому всегда подробно рассказывала о своих делах, избегая шаблонного «всё хорошо».

На удивление Мария легко вспомнила о том, вечере, когда ей приходилось краснеть за самого прилежного сына, которого она приводила в пример младшим.

– У Лео большое сердце и он всё ещё на что-то надеется. Поэтому они разговаривают. И если же им не суждено быть вместе, то они точно будут дружить до самой старости.  Лео всегда очень тепло отзывался о Марии. И знаешь, я рада, что они встретили друг друга… – Мария улыбнулась, вспоминая о среднем сыне, - Потом он плакал у меня на коленях, но я не услышала от него никакого дурного слова о Марии. А кстати, как она? Ей нравится быть матерью?

+2

10

А кстати, как она? Ей нравится быть матерью? - произнесла Мария. Вот он вопрос, которого Марина боялась. По-хорошему, тут нужно было описать все радости материнства, которые должна испытывать их с Маттео дочь. Это было обязательно, иначе испортиться их имидж "счастливой семьи"...
Только вся сложность заключалась в том, что её супруг, мистер Фальконе, не дал почувствовать что такое, на самом деле, быть матерью. Она не пела детям колыбельную, не подтыкала одеяло, не укачивала младенцев на руках, не меняла подгузники, не купала малыше и не кормила их с ложечки. Единственное, что она делала - это кормление грудью. И то, только потому что Маттео не имел нужных органов на своём теле, иначе, миссис Фальконе бы лишилась и этого.
Марине не знала, что испытывает счастливая мать и поэтому ей ничего не оставалось, как сказать горькую правду.
- Воспитывать ребёнка без мужа - сложно. Но ты и сама знаешь... - вкрадчиво заговорила женщина, и голос зазвучал заметно тише. - Она ещё молодая и хочет ходить с Симоной по магазинам или гулять с подружками. А Бруно, он часто плачет и требует слишком много внимания. Он хочет, чтобы мама постоянно брала его на руки. Маттео не вмешивается в воспитание внука. Он говорит, что дедушка может погулять с внуком или поиграть с ним, но воспитывать должны родители. Её мужа нет, поэтому Марии приходиться справляться со всем одной...
Не слишком радостно, зато правда. Марина вообще любила говорить правду и просто ненавидела лгать. У неё это даже не получалось хорошо и обычно миссис Фальконе молчала или резко меняла тему разговора, вместо того чтобы что-нибудь сочинять.
- Об Изабелл... - Марина подлила себе кофе и заговорила бодрее. - Может, она стесняется обсуждать это с тобой? А вот Лео... Они всегда были лучшими друзьями с Изабелл.
Они не разговаривали некоторое время, а потом Марина вспомнила свежую сплетню и нарушила тишину.
- Слышала новость? Говорят, что сын Харви... Пастора Эммонса... Затевает настоящую забастовку! Я слышала, как Маттео разговаривал по телефону... Думаешь, может быть что-нибудь серьёзное? Он говорил "Белый дом"...

0

11

– Конечно, я её понимаю, – закивала в ответ Мария, - У меня лет пять была бесконечная череда плёнок, сосок и детского плача.

На самом деле женщина лукавила. Она совсем не сочувствовала дочери сеньора Фальконе. Она ведь живёт в родительском доме, рядом есть мама и папа, много братьев и сестёр, которые обязательно могут посидеть с малюткой, если потребуется. Мария и представить не могла, что у Фальконе несколько другой семейный уклад. Ей эта семья представлялась дружной, где каждый хорошо делает своё дело. Дети растут в радости и гармонии.

– Но я была одна… Хорошо ещё ты мне с Томми помогала. А у Марии ведь есть братья и сёстры. Они же ей помогают, – последнее предложение женщина произнесла без тени сомнения.

Марина не ответила и заговорила об Изабелл. Мария лишь молча пожала плечами. На самом деле, она боялась что-то делать. Изабелл была умницей и прилежной дочерью, всегда помогала, часто разговаривала с Марией и была очень доброй.

Она не знала как правильно говорить с детьми о том, откуда берутся дети или почему вдруг разрушились стены между мальчиками и девочками. С сыновьями было проще. Потому, что был Карлос, который и мужественно брал на себя эту задачу. А насчёт его самого, никто его не учил, он сам как-то обо всё узнал. Другое дело -  Изабелл. С ней нужно было поговорить Марии, но она всё тянула, надеясь, что её выручит чудо.

– Этот Гарри – настоящий оболтус. К Лайле он только за деньгами приходит. Я с Карлосом редко соглашаюсь, но здесь я его полностью поддерживаю. Томми с ним водится. Я его спрашивала о забастовке вчера – он сказал, что ничего не знает и не собирается прогуливать сегодня тест по истории, - закончила Мария с гордостью за то, что у неё такой примерный сын. 

– А Томми тебе, что-нибудь говорил? – поинтересовалась женщина подруги, зная какие хорошие отношения сложились у Марины с мальчиком.

+1

12

- Томми?! Причём тут Томми? Я не знала, что они дружат... - нахмурилась Марина, подливая себе кофе. Она уже пила третью или четвёртую чашку, но в хорошей компании, за интересной беседой время летит незаметно! Она даже не почувствовала, что прошло уже больше получаса и время близилось к тому часу, когда София вернётся домой и даже может быть приедет Маттео пообедать.
- Согласна, зачем Томми нужны эти забастовки? - она живо поддержала теорию Марии о том, что Томас да Силва самый хороший и, конечно же, ни в чём не виноват. Сейчас он должен быть в школе, писать тест по истории. Хотя... О тесте Томас тоже ей ничего не говорил и не готовился. Ни единой минуты!
"Значит, он так изменился из-за дружбы с Гарри Эммонсом?...." -  мысли почему-то были абсолютно противоположны словам. Марина очень сильно беспокоилась за парня, но решила скрывать своих тревог. Дети и так дают слишком много поводом для беспокойств. Марии было особенно тяжело, ведь она растила сыновей и дочь без мужа. И ей доставалась вдвое больше.
- Будешь ещё кофе? Твоя кружка давно опустела. - Марина дождалась положительного ответа и налила подруге новую кружку, а потом поставила новый кофейник вариться, потому что этот они с подругой уже опустошили. Миссис Маттео Фальконе хорошо ориентировалась на соседской кухне и когда чувствовала себя вполне комфортно и свободно помогала семье да Силва по хозяйству.
Марина снова решила сменить тему, потому что их разговор вновь свелся к плохому поведению детей. Но, к сожалению, ничего не могла придумать. Пожалуй, их интересы слишком различались. Марина выполняла всю работу по дому, умело готовить итальянские и русские блюда и никогда не работала. Она каждый день ходила в прачечную и химчистку. А ещё состояла в каком-то там совете домохозяек Барнаби Вудс, где никогда ничего не говорила и только слушала. Она ходила в церковь каждое воскресенье и на выходных вставала в четыре утра.
Мария же очень много работала, не умела готовить и любила посмотреть телевизор вечерком. Она спала в свободные дни чуть ли не до обеда и давно не была в церкви. Мария сильно уставала, и чаще всего сил у соседки хватало только на то, чтобы немножко повоспитывать детей. Марина знала всё это! Они уже давно были подругами.
- Ты свободна в эти выходные? У Симоны первого июня день рождение, может, поможешь мне выбрать ей подарок? - наконец произнесла женщина и вежливо улыбнулась.

0

13

«Попал», - подумал Томми, когда понял, что бегство бесполезно. Его всё равно поймали. А на что он наделся? На удачу или на везение, но сегодня явно был не его день. Испорченный рецепт, чёртова забастовка и встреча с мистером Фальконе. Неприятно? Особенно последнее событие.
– Я же ничего не сделал! – Томми улыбнулся своей фирменной улыбкой, которая не оставляла Марину или маму равнодушными. Мистер Фальконе и бровью не повёл.
Странно! Она (улыбка) раньше никого не оставляла равнодушной, но может быть  сосед слишком зол или не заметил? Томми на всякий случай попытал счастье ещё раз – такой же результат.
– Может быть, вы меня отпустите?.. Я успею на тест по истории? Если я пойду в школу прямо сейчас?.. Вы ведь не хотите, чтобы я остался необразованным?.. – и снова фирменная улыбка. Мистер Фальконе был неразговорчив и дал понять, что ответ на все вопросы отрицательный.
Тогда Томми попытал счастье ещё раз:
– Мистер Фальконе, вы не опаздываете на работу?.. Может быть, разойдемся и не будем друг друга задерживать, а? – но снова ему дали понять, что просто так его не отпустят.
Томми попытался буянить, даже грозился выпрыгнуть из машины на ходу, но фокус снова не прошёл. Он вздохнул и подумал, что здорово, что у него нет такого же отца, как Маттео. Хотя донна Мария всегда ставила его в пример и говорила, что таким должен быть настоящий отец.
Потом  - ещё хуже. Что вы говорите? Хуже уже не бывает? Бывает! Маттео начал его расспрашивать о том, что он имел ввиду. Томми, ясное дело рассказывать не хотел, поэтому сделал так, как у него получается лучше всего – включил дурачка. Переспрашивал, глупо смеялся и плёл какую-то нелепицу.  И так до тех пор, пока они не подъехали. Он успел рассказать только то, что это он не сам придумал.
Он хотел дать дёру, но не вышло и его поймали за рубашку. Как позорного двоечника вели в дом... Он ещё не знал, какой сюрприз его ждал…

+3

14

Маттео просто распирало от любопытства, как старую кружку, если вообще можно так сравнить известного политика с предметом домашней утвари. Но он не мог задавать слишком много вопросов об Андреа. Оставалось только разбираться во всём самому.
"Этот гадёныш," - думал итальянец, выруливая на центральную улицу в Барнаби Вудс, - "Он точно что-то знает. Как он испугался?! Как будто сказал лишнее... Вот интересно, что Андре может от меня скрывать? Мы с ним только утром разговаривали, и всё было в порядке... Да... А если ничего нет? Если он сказал всё это нарочно? Нет... он же ещё зелёный! Учится в школе! У него ума не хватит придумать, разве что по указке брата..."
Таким образом, сомнения подкрались неожиданно, как вор в ночи. Маттео Фальконе был выбит из колеи словами, которые нарочно или случайно обронил подросток на Пеннсильвания авеню. Он думал только о собственном сыне и мог только догадываться об истинном значении этих слов. Его дух поддерживало только то, что парень очень нервничал и боялся. А Маттео был рад, если честно, потому что он считал, что этому мальцу не хватает хорошей порки.
- Пошли! - мистер Фальконе вовремя схватил Томаса за рубашку. Это резкое движение рукой отдалось резкой болью в правом плечевом суставе. Итальянец поморщился и ещё крепче сжал пальцы.
Он завёл подростка в дом. Дверь была приоткрыта и из гостиной были слышны какие-то разговоры. Маттео безошибочно узнал голос собственной жены и хозяйки дома Марии да Силва.
- Миссис да Силва? Дверь была открыта... - он улыбнулся и не стал дожидаться приглашения, потому что знал - в этом доме он был всегда желанным гостем. - Проходи...
Итальянец разжал пальцы и позволил парню пройти первым. Тут же посыпались вопросы. Женщины задавали их наперебой, начался полный хаос, и у Маттео быстро поднялось давление. Он не любил подобную обстановку, так он решил побыстрей с этим разделаться.
- Он был у Белого дома и принимал участие в этой сидячей забастовке. Я едва не сбил его. Он не смотрел по сторонам и летел по дороге как сумасшедший. В общем, я надеюсь, что вы разберетесь со всем этим, а мне пора. - он распрощался с женщинами и вышел из дома, так и не присев. Уходя, он бросил:
"Да, дорогая, я задержусь на работе и не приду на обед, потому что столько времени потратил на этого оболтуса!"

+2

15

Разговор, сплетни ни о чём, шёл своим чередом. Мария расслабилась и уже забыла про свою болезнь. Всё же, иногда здорово проводить время с подругой, никуда не спешить, никто не мешает, не теребит с домашним заданием или какими-то вопросами.

«Как хорошо, что никого из детей нет», - она вытянула ноги, попивая горячий кофе.
Мария выдохнула.

Женщина отрезала себе ещё пирога и откусила большой кусок. Плохо прожевывая, она выпила ещё кофе.

«Хорошо не ходить на работу и сидеть дома!.. Что такое домашние дела?.. Столько свободного времени!..» – думала Мария, глядя на подругу.

- Я постараюсь освободится раньше в субботу, - ответила Мария миссис Фальконе, протягивая пустую чашку из-под кофе.

Она, правда, иногда представляла себе, как сидит дома, не надо ходить в магазин, там отвечать на глупые вопросы покупателей… Наконец-то можно расслабиться и не заботится о том, как заработать деньги. Мария думала о том, что тогда у неё будет время на детей, и воспитать бы тогда их получилось совсем по-другому.

Хотя, она-то редко жалела о том, как вырастила детей. В целом, ребята выросли добрые и заботливые: Лео, Томми, Рауль… Правда Карлос приносит много головной боли, но зато он самостоятельный. По правде говоря, Мария с ним не ладила, но гордилась своим старшим сыном. Ведь он стал политиком, работает в Демократической партии…  У него свой дом, на который он тоже заработал сам.

«Может быть, хорошо, что он так быстро вырос… Карлос практически заменил мальчикам отца. Благодаря ему они выросли… хорошими…» – подумала Мария.

И вот когда она мысленно возгордилась своими детьми, что они выросли хорошими и воспитанными, дверь дома открылась. Женщина удивлённо развернулась и посмотрела в сторону входа.

– Робин?! – пробормотала она, но тут появился Маттео, который втолкнул в дом… - Томми?!!! Томми!!!

Она сразу же забыла про то, как минуту назад гордилась своими детками, собой. Румянец показался на неё бледноватых щеках. Мария в растерянности пробормотала что-то в ответ сеньору Фальконе.

- O que significa isso?! – не помня себя, женщина в три шага оказалась рядом с сыном и влепила несколько пощёчин.

Отредактировано Maria da Silva (17.12.2013 16:20)

+1

16

- Большое спасибо! - поблагодарила она подругу. Поддержка, чтобы выбрать подарок любовнице собственного мужа, действительно была нужна. И дело даже не в том, что Марина знала об отношениях супруга с приёмной дочерью. По правде говоря, она была так сильно занята домашними делами и выполнениями бесконечных указаний Маттео, что женщине было абсолютно всё равно, с кем он проводит своё свободное время и удовлетворяет потребности.
"В конце-концов," - иногда думала Марина, - "Если он нашёл в ней ту, которая его понимает и им вдвоём хорошо, то почему нет? Что-то же их заставляет встречаться вот уже пять лет..."
Марина и сейчас об этом подумала и... немного пожалела себя. Стало жаль, что у неё такого человека нет. Ей, ведь, только сорок лет и тоже хочется мужского внимания, комплиментов и свиданий. Подумаешь, четвёртый десяток!
- Тогда, загляем ещё к родителям? Мама звонила и приглашала на обед. - сказала миссис Фальконе за секунду до того, как увидела супруга в дверном проёме.
Когда это случилось, первая мысль была - "Что-то произошло!" А потом, она увидала Томми и заволновалась ещё больше.
- Маттео, ты... не перепутал? Может, он просто оказался рядом? - спросила она, но супруг уделил ей внимания не больше, чем кухонной мебели, за которой они с Марией пили кофе. Никаких обид не было! Пора бы и привыкнуть, что её слова, чудным образом, никто не слышит.
Такая мелочь могла бы пошатнуть показную семейную идиллию Фальконе, если бы не беспокойство с которым Мария да Силва принялась расспрашивать сына. Она не заметила этого! А Марина и не волновалась по этому поводу. В конце-концов, репутация нужна Маттео, а не ей...
Итак, они оказались одни, после того как мистер Фальконе не стал задерживаться и сообщил что-то про позднее возвращение домой. Он скрылся так быстро, что Марина даже не успела попрощаться с супругом или сказать "Хорошо". Хотя, ей всегда нужно было немного времени, чтобы ответить на вопрос или сказать что-нибудь в ответ.  Марина всегда была немного медлительна.
- Томми... Ты в порядке? Маттео не сильно ударил тебя? - в отличие от подруги, Марина даже не встала с места. Она продолжала сидеть на стуле, и лишь пристальный взгляд выдавал её волнение за подростка. Она внимательно осматривала его с ног до головы снова и снова и никак не могла убедить себя в том, что с Томасом всё хорошо и его здоровью ничего не угрожает.
- Ты ушёл раньше, чем закончилась забастовка и не смотрел по сторонам когда переходил дорогу? - сказала она после того как не заметила ни одной царапины на лице парня. Но он почему-то был очень мокрым.
Разумеется, женщина хотела задать ещё много вопросов, но глубокий вдох-выдох, Марина налила себе ещё кофе и решила не ругать Томми. Он и так чувствовал себя виноватым - Марина с лёгкостью догадалась, стоило только присмотреться к нему повнимательней.

+2

17

Томми ещё раз убедился в том, что утро какое-то неудачное вышло. Он совсем не хотел домой потому, что знал – мама именно в этот день осталась дома. Будь бы то другой день, Маттео, то есть сеньор или мистер Фальконе вряд ли бы кого-нибудь застал в это время. Разве что Робина, но с ним проще было бы договорится, чем с мамой. В общем, как вам уже понятно, Томми готовился худшему. Если дома мама, то будет много ругани, брани, угроз и прочего.
«Хоть бы Карлос пришёл», - с досадой подумал Томми, но тут же отказался от собственных мыслей. Если Карлос узнает о том, где был его младший брат и в чём участвовал, то есть предполагалось, что будет участвовать, он сам порубит Томми на мелкие кусочки, а мама ему поможет – держать будет.
Томми думал, что если выживет в это утро – значит произошло чудо. Пока он шёл как заключённый с конвоем, перебрал уйму способов, как избежать своей горькой участи, пока можно, но вот он оказался дома перед мамой и понял, что попал по-крупному.
– Привет!.. – Томми растянулся в глупой улыбке, но понял, что зря.
Мама не разделяла его веселья и, если бы не Марина, она бы не стала как церемонится.
К тому же, он а заговорила на португальском, а это значило, что донна Мария вне себя от злости. А Томми вообще не знал и не понимал этого языка. Он знал немного итальянского и русского, Марина научила, но с родным португальским у него были проблемы.
Он не стал ничего отвечать маме, думал, что пронесёт. К тому же непонятно, что она там твердит на незнакомом языке.
– Да, со мной всё хорошо, – он улыбнулся Марине и не стал говорить, что сильно поцарапался ногой о машину. Впрочем, он сейчас забыл об этом с перепугу.
Вот кто его на самом деле понимал и заботился, так это Марина. Она не стала кричать, потому что беспокоилась. Томми иногда казалось, что они с Мариной друга понимают с полуслова. Он никогда не считал, что она заменила ему мать, которая вечно работала (это сделал Лео), но с ней было приятно проводить время.
– Я просто записал рецепт, который ты давно искала… Найт, а Найт его порвал!.. Я разозлился на него и не смотрел на дорогу, - он улыбнулся Марине.
Когда мамины нападки стали совсем невыносимы, Томми выдохнул и непонимающе взглянул на женщину:
– Мама! Ты же знает, что я и слова не могу разобрать на португальском!..

+2

18

Мария была была вне себя и это, пожалуй, заметила и Марина и Томми. На то было сразу несколько причин.

Во-первых, Томми привёл именно сеньор Фальконе. Тот, человек, кому семья да Силва обязаны всем, что имеют сейчас. Мария всегда учила детей, что доставлять проблемы всем Фальконе – большое кощунство. А по виду мужчины было понятно, ему не нравится выполнять работу няньки.

Во-вторых, она злилась на то, что Томми не знает португальского, его родного языка. Более того, он ничего не знает и слышать не хочет о Бразилии. Марию это злило. Ведь она, Карлос и Робин – все они пытались научить Томми хотя бы понимать родной язык, но бесполезно. Она вспомнила семью Фальконе и то, что у них все говорят на беглом итальянском и стало грустно.

В-третьих, Мария видела, что её игнорировали и это ей ой как не нравилось!  Томми и Марина так мило разговаривали, а женщина  злилась на собственное бессилие.
«Нет, вы посмотрите! Меня будто нет!» – всплеснула руками Мария.

Она была так зла, что едва ли отдавала себе отчёта в действиях  или словах.
– Почему ты знаешь столько слов по-итальянски, читаешь книги на русском, но не знаешь ни слова по-португальски?! Это твой язык! – Мария сняла с ноги тапочек и принялась им колотить сына по спине.

Она не видела в этом ничего зазорного. Ведь и бабушка её иногда прибегала к таким методам воспитания.

– Зачем ты снова спутался с этим бездельником?! Я запрещала даже подходить к нему!.. Я уверена, что это он потянул тебя на забастовку!.. Почему ты не отказался?! – она продолжала колотить тапочком по спине. Пару раз залепила им подзатыльник.

Отредактировано Maria da Silva (21.12.2013 21:23)

+1

19

- Спасибо, - сказала Марина и улыбнулась. Она не могла не поблагодарить за то, что Томми хотел принести ей рецепт, который они оба, к сожалению не узнают. Не то, чтобы ей стало жаль… Просто грустно, ведь всё могло бы быть иначе: никакой сидячей забастовки, Томас бы написал тест по истории, а они с Марией немного ещё бы посплетничали и Марина бы пошла домой, чтобы встретить мужа и накрыть на стол к обеду.
Хотя с другой стороны… Женщина была в глубине души даже рада, что её благоверный задержится. Последнее время им с Маттео всё сложнее и сложнее переносить друг другу. Супруг нет-нет да начнёт унижать её прямо на глазах  детей, а Марина начала огрызаться и говорить что-то нелестное в ответ. 
«Наверное, на меня так действует эта борьба за равноправие…» - оправдывала себя Марина Фальконе, сама не понимая, что с ней происходит. Она, кстати, хотела об этом поговорить с Томми, когда он вернётся со школы, именно поэтому, отчасти, она и зашла в такое время, но всё вышло иначе.
«Поговорю в другой раз,» -  подумала Марина как раз в тот момент, когда подруга снимала тапочек с ноги. Поначалу миссис Фальконе подумала, что та просто хочет убить муху или паука, которого заприметила на полу или любой мебели, но в результате она стала бить тапочком сына!
Марина, конечно, знала, что родители иногда бьют детей. В Советском союзе, говорил папа, это было обычным делом, но в возрасте четырнадцати, а то и раньше, как правило, битьё прекращалось – выросли дети и теперь их бить нельзя. Она поначалу старалась запоминать все наставления родителей, ведь так они готовили дочь к тому, что та станет матерью. Хотя оказалось, что всё воспитание взял на себя Маттео. Он-то никогда не поднимал руку на ребёнка. Хотя Марина иногда пыталась раз-другой шлёпнуть Марию, Андре или Фредо. К тому времени, когда родилась София стало очевидно, что ни в коем случае делать этого нельзя.
«Вот они и выросли наглыми и избалованными», - думала Марина время от времени.
В общем, женщина никогда не была против  того, чтобы матери били детей. Но когда тапочек коснулся спины Томми раз, потом ещё и ещё Марина не выдержала. С криком:
«Мария, прекрати это!»
Она соскочила со своего места и уже через долю секунды оказалась между матерью и сыном.
- Детей нельзя бить, ни в коем случае… - она говорила совсем как Маттео, хотя столько раз была с ним не согласна в этом вопросе! – А ты даже не спросила, как Томми себя чувствует. Его Маттео едва не сбил, нужно было ругать Фальконе! И посмотри… Посмотри…. Он же весь мокрый и может простудиться. Сейчас такое время…. Ты в порядке?
Последняя фраза была адресована Томасу. Марина говорила тихо и спокойно, даже не смотря на то, что вот, только что изъяснялась на повышенных тонах. Она обернулась к парню и погладила его по спине, а потом повторила вопрос о его самочувствии.

+1

20

Не то, чтобы мама часто его била, но иногда. Если был Карлос, то останавливал он и говорил, что сам разберётся. Поэтому Томми предпочитал прятаться до прихода старшего брата, если виновен в чём-нибудь.
А  вообще, мама не знала и половины из того, во что Томми втягивал Найт. Но затем они и были дружны. Этот парень был воплощением свободы, бунтарства. Всего того, чем восхищался Томми, но без посторонней помощи – не выходило. Он не представлял, какого ему будет без друга. Ведь Найт столько ему рассказал: как отмазаться от легавых, учавствовать в забастовке и не попасть за решётку, общаться с девушками и прочее.
Томми вскрикнул от неожиданности, когда тапочек мамы коснулся его спины.
– Мама!.. Это всё из-за португальского?.. – но женщина будто его не слышала и продолжала, - Я выучу его!.. Клянусь!..
Конечно, он не собирался его учить. Главное, чтобы мама поверила в обратное и прекратила. Но как же Томми ошибался! Причины на самом деле были куда серьёзней. Только он не догадывался об этом. Подросток, что ещё тут скажешь?

Весь этот кошмар остановила Марина, которая решительно вступилась за Томми. Что сказать? Приятно-приятно! В общем, она его всегда поддерживала и никогда не читала нотаций, только просила или настойчиво просила если ей не нравилось. Томми всегда завидовал детишкам Фальконе ведь у них такая классная мама, которая никогда не накричит.
– Да-да!.. Ты даже не разобралась в чём дело! А я между прочим, уходил с забастовки!.. Да, шёл домой!.. – он удостоил маму обиженным взглядом и отвернулся к Марине.
Он поёжился, когда она гладила по спине и ответил ей так же спокойно (а на маму не смотрел!):
– Только холодно немного. Надо переодеться… И нога ещё немного болит…

+2

21

- В таком случае, - она продолжала говорить таким же спокойным голосом, - я принесу тебе чистую одежду и полотенце.
Марина не стала дожидаться согласия, и пошла прочь из комнаты, которая была и кухней и столовой – в другую, там дальше по лестнице вверх на второй этаж.
Интересный дом был у да Силва: колониальный стиль, но двор маленький. Да и сам дом небольшой, хотя там проживает столько людей!  Иногда дети Марии делят одну комнату на двоих  и не жалуются, что у них нет «личного пространства». В этом доме, казалось, ни у кого никогда не было и не будет этого самого «пространства», но никто не обижался. Сколько раз бы Марина не была здесь, всегда происходило что-нибудь интересное. Правда, последнее время, с отъездом Лео и Рауля, в доме на тридцать второй улице стало как-то пусто. Даже интерьер заметно потускнел без сыновей да Силва. Уже не было слышно пианино, на котором часто играл Рауль, не хватало многих мелочей, которые незаметны с первого взгляда, но если бывать тут часто. Марина частенько заглядывала в дом напротив и иногда проводила долгие часы. Так она сразу заметила перемены.
Поднявшись на второй этаж, миссис Маттео Фальконе повернула направо, осторожно потянула на себя дверь и оказалась в спальне Томми. Правда, в интерьере спальни было несколько элементов, которые были истинно женскими или «девчачьими», как говорят подростки. Дело в том, что раньше тут ещё жила Изабелл, но потом опустела комната напротив и девушка перебралась в спальню  Лео и Рауля.
А в этой спальне так и остались розовые кружавчетые занавески. Плакат Джона Фиджеральда Кеннеди над столом исчез, зато вместо него висел пин-ап. «Соседка», а именно так называлась серия этих плакатов, поправляет антенну сидя на крыше, её юбка приподнялась и открыла лишнее.
Марина немного смутилась, когда увидела новый плакат.
«Кто надоумил Томми на такое? Прислал Рауль по почте или принёс сын пастора Эммонса?»  - отчего-то Марине не хотелось верить, что Томас сам решил его повесить. Она начинала сильно нервничать и смущаться, когда понимала, что мальчик уже вырос и его может интересовать противоположный пол.
«А, может быть, он стал встречаться с кем-нибудь из моделей пин-апа». – но верилось с трудом.
Итак, неожиданная находка в спальне Томми выбила Марину из колеи на некоторое время. Она несколько минут не сводила взгляда со стены и потом сняла плакат. Марина сложила изображение пополам и убрала в стол.
Далее, женщина не стала больше задерживаться. Она взяла полотенце и сухую одежду из шкафа, обнаружив, что гардероб Томми так же немного изменился.
Ещё взвешивая увидено в спальне, Марина спустилась вниз и вернулась на кухню. Там, тем временем уже был подписан мирный договор между матерью и сыном.
- Держи! – Она бросила полотенце Томасу, уверенная, что тот поймает. – Снимай скорей это всё. Ты можешь простудиться и заразить Марию.
Миссис Фальконе сама сняла с Томми рубашку и стянула футболку. Мокрую одежду она бросила в сторону на пол. Но потом, она вдруг вспомнила о том плакате, что висел на стене спальни, засмущалась, неловко ступила назад и блюдо с её пирогом потело на пол. Куски и крем разлетелись по всем стенам, попали на одежду всех троих. Но больше всего досталось ей самой, она стояла ближе всех, – крем был даже у неё на лице и волосах! Что уж тут говорить об одежде?!

Отредактировано Marina Falcone (26.12.2013 19:25)

+1

22

Вообще-то, Томми считал себя взрослым мальчиком и думал, что может переодеться сам. Да и сам собирался идти в свою комнату. Но заботливая Марина решила принести ему одежду и полотенце. Это, конечно мило с её стороны. Марина никогда не обделяла его вниманием.
И вот, они с мамой остались одни. Томми рассматривал пути к отступлению, чтобы не попасть под атомный взрыв. Он ещё некоторое время стоял на одном месте, пристально наблюдая за мамой.
Не то, чтобы у них были хорошие отношения. Он никогда с ней не делился мыслями, но и не искал поводов для ссор. Да, он не Карлос! Никогда не хотел спорить с мамой тем более, что порой это было невозможно сделать.
– Мам, ты на меня не дуешься?.. Найт… он урод!.. – на самом деле, Томми знал, что они помирятся и ещё не одни посиделки устроят или что там ещё Найт придумает.
Он робко приблизился к маме и обнял женщину за плечи. Он уже во всём раскаялся и только хотел, чтобы лёд между ними тронулся.
– Я попрошу учителя, чтобы он разрешил мне написать тест отдельно, - он виновато улыбнулся, глядя на маму, - Ну, мамочка!..
Женщина улыбнулась и они обнялись.
Потом вернулась Марина с чистой одеждой. Она принялась помогать Томми избавляться от мокрой одежды. Почему-то ему вспомнились слова Найта во время забастовки. Он усмехнулся, не то ли от абсурда сказанного, не то ли от забавной ситуации. Да, Томми был немного ошеломлён, но не стал мешать Марине.
Впрочем, она сама засмущалась, ступила назад и перевернула на себя блюдо. Воспользовавшись тем, что остался в одних брюках, Томми решил подшутить над женщиной. Зачем? Да он и сам не знал ответа. Просто так. Захотел посмеяться, разрядить обстановку.
Приближаясь к Марине ближе, он произнёс с той интонацией, с которой Найт разговаривает с девушками:
– Может, примем горячий душ вместе? – он слегка обнял её за талию.
Да, он знал, что говорит с маминой подругой, что она во много его старше. Но всё это он делал исключительно ради шутки. Просто подумал, что будет забавно потом вместе посмеется. Зря, да?

+1

23

– Небылица!.. Марина, он прогулял тест, а ты его выгораживаешь?! Томми должен быть наказан. Потому, что он знает: нельзя водится с Гарри Эммонсом, нельзя участвовать в забастовке, нельзя прогуливать школу! – Мария вскоре заметила, что напрасно разглагольствовала. Ведь Томми и Марина мило разговаривали, так будто её вовсе не было в комнате.

Так и хотелось крикнуть: «Эй вы, я ещё здесь!.. Какого чёрта вы меня совсем не слушаете?!»
Было обидно, чувствовать себя предметом мебели. Мария совсем не привыкла к такому обращению! Её должны были слушать, с ней соглашаться. Женщина считала, что именно так и выражается уважение других людей к ней.

Она так хотела видеть уважение! Сколько унижения ей пришлось пережить, когда она с бабушкой просила милостыню на бразильских улочках у прохожих! Сколько унижения ей пришлось пережить от сверстников и подруг, когда она внезапно узнала о подарке от аиста.

Мария промолчала только потому, что в этот момент закашлялась, а потом весь запал прошёл. Они остались с Томми одни. Сын начал оправдываться и просить прощения, а он отлично умел это делать. Мария вдруг обнаружила для себя, что не может злится на этого милого мальчика и обняла в ответ, смахнув слёзы.

Появилась Марина с чистой одеждой для Томми. Мария всё ещё приходила в себя после вспышки ярости. Поэтому не вмешивалась и наблюдала со стороны. Если бы не это, то женщина бы вставила замечание. Томми мог бы сам подняться к себе в комнату и сменить одежду самостоятельно.

– Прекрати вести себя как в дешёвом борделе!!! – закричала Мария на сына, когда тот начал вести нездоровые разговоры с Мариной.
В руках всё ещё был тапок и им женщина отвесила парню пару подзатыльников.

+1

24

Марина была в полной растерянности: перевернула блюдо с пирогом, таким  вкусным даже на второй день, испачкалась сама, но самое плохое: забрызгала всю кухню семьи да Силва.
- Мария… - медленно пробормотала она, вытирая начинку и крем пирога с лица, - я тут всё приберу. Только дай мне немного времени.
В этот момент возникло «то самое чувство», когда понимаешь: ты всё испортила. Марина была достаточно  самокритичной, она привыкла что бывает виноватой у мужа, прочем дети также нет-нет, да обвинят в какой-нибудь мелочи. Так женщина уже приготовилась выслушивать шквал ругани и обвинений от хозяев дома. В конце-концов, испортила им кухню!
- Если поторопиться пока ничего не высохло, можно отереть весь крем. –  Сказала Марина, когда не услышала никакого отклика ни со стороны матери,  ни со стороны сына. – Только, я быстро приму душ, можно?
Хотя голос внутри, скорее всего это была совесть, подсказывал, что она просит слишком много. Итак, в тот момент, когда выступил Томми со своим предложением, Марина была готова к чему угодно, даже к тому, что подруга прогонит её из собственного дома. Да, она была готова к чему угодно, но только не к предложению вместе искупаться.
- Я… вообще-то я и сама могу. – ответила Марина, пытаясь сохранять спокойствие и демонстрировала всем своим видом полнейшее равнодушие. Ей казалось, что если она сейчас продемонстрирует хоть какую-то эмоцию, то только усугубит положение. А равнодушный вид всегда спасал, когда не знаешь, как отреагировать на происходящее.
Она контролировала свои эмоции и мимику, но забыла о жестах.   Руки миссис Маттео Фальконе немного дрожали, и поэтому она спрятала их за спину, чтобы никто не видел. Пожалуй, только так выражались истинные эмоции женщины – она сильно нервничала.
- Итак, - за спиной Марина сжала пальцы в замок так, что они побелели, но дрожь всё равно не получилось унять. – Надо прибраться тут….
Она хотела попросить подругу принести ей хоть какую-нибудь чистую одежду, потому что негоже жене члена сената разгуливать по улицам в таком виде, даже чтобы перейти дорогу. Журналисты могут поджидать за углом, или в кустах на лужайке собственного дома.
Но Мария её не слышала. Она снова взялась колотить сына.
- Я думаю, он пошутил… - хотя Марина не верила сама себе. Она почему-то приняла все слова парня за чистую монету.
«А вдруг…?» - пронеслось в голове.

+3

25

Томми недовольно крикнул, втягивая голову в плечи, в надежде, что будет не так больно. Бесполезно. Мама не первый раз воспитывала тапочкой, но чтобы так яростно!..
– Что я сказал?.. Это была шутка!.. Просто шутка! – его слова потонули в маминой тираде.
Почему-то когда шутил Найт было веселее.
«Наверное, это дар такой – шутить, чтобы было смешно», - подумал Томми, потирая ушибы.
То, что от тапочки мамы образуется шишка – ничего. Самое страшное, что она будет напоминать ему эту неудачную шутку ещё очень-очень долго! Если узнает Карлос, то и вовсе всю жизнь.  Если бы эта женщина не была его матерью, то Томми бы возненавидел её. Хотя, иногда так и было. Порой она становилась невыносимой и хотелось убежать куда-нибудь подальше от всей этой заботливой семейки. В такие минуты он завидовал Найту и его решимости жить одному.
У Томми «кишка тонка» сделать то же самое. Во-первых, он с трудом представлял себе жизнь без крыши над головой. Во-вторых, если он уйдёт, то от него уйдёт и Кобра АС, потому что оформлена на Карлоса.
– Вот!!! Среди нас один здравомыслящий человек!!! Да, мама, это шутка! – Томми раздражённо бросил последние слова Марии в лицо и пошёл к лестнице, - Я принесу Марине чистую одежду!
Но мама остановила его и велела принести полотенце из своего шкафа. Спорить было бесполезно и Томми повиновался.
Он считал утро просто неудачным, не более того. Он не заметил, как изменилось настроение Марины и почему она вдруг стала такой неуклюжей. Волновало другое – вечером ему здорово достанется за всё. И за сидячую забастовку, и за то, что фамильярничал с Мариной. Мама опять будет говорить, что её надо называть миссис Фальконе, а не Марина. Только она не понимает, что с ней у Томми совершенно иные отношения. Как можно обращаться к ней: «миссис Фальконе»?
Взгляд упал на стену, где раньше висел плакат, который ему однажды подарил Найт со словами: «Взрослей, приятель!» Он пропал. Томми кинулся к тумбочке, которая была слегка приоткрыта и обнаружил его там. Мама была против этого плаката, поэтому Томми и секунды не сомневался.
С полотенцем в одной руке и с плакатом в другой, он выбежал на лестницу с криками:
– Мама!.. Какого дъявола ты его сняла?! Это мой плакат, моя комната!

+1

26

- Марина - моя подруга! Как ты посмел приставать к ней в МОЁМ присутствии? - кричала Мария размахивая тапочкой.
Слова подруги пришлись кстати, она уже устала отчитывать сына за недопустимое поведение, но самое страшное, семейный разговор, был впереди. Мария чувствовала, что нужно как-то отреагировать на его поступок, но как? И она снова почувствовала необходимость отца для мальчиков.

"Неужели, он серьёзно приставал к Марине, а вся эта сумятица про шутки - отговорка?.. Но как такое возможно?.. Это ненормально, ему всего семнадцать, а Марине сорок. Она вдвое старше него!.. Такого просто не может быть!.. Хотя, если у Кеннеди с Монро... Нет! Всё равно не то! Монро уже взрослая женщина, а Томми ребёнок!" - было бы легче унять весь этот вихрь мыслей, если бы Марина повела себя по-другому.

Она смутилась, её руки дрожали, будто бы она приняла все слова подростка за чистую монету. Мария была готова разозлиться на нерасторопность женщины, но вдруг подумала:"А как бы я сама отреагировала, если бы ко мне стал приставать мальчишка?.. Нет! Это другое, у меня нет мужа и я свободна. А как она может принять его слова всерьёз, имея такого замечательного мужа, как сеньор Фальконе?!"

- Нет! Я сама принесу Марине чистую одежду, сходи за полотенцем! - Мария понятия не имела, где у них лежат полотенце и поэтому не стала уточнять.

Они остались наедине. Мария не стала мешкать. Она сделала шаг вперёд и, направляя на соседку тапочку, спросила:
- Ты ведь в самом деле считала, что он шутит? Ведь мальчишка в его возрасте интересуется моделями или актрисами, но не подругами их матерей, да?

Мария была сама не уверена в том, что говорит. Она ничего не знала о том, как в принципе воспитывать детей, тем более мальчиков. У неё никогда не было ни братьев, ни отца. Со всеми мужчинами она быстро расставалась.

Томми вылетел из своей комнаты, как ошпаренный. Ещё кричал и размахивал какой-то бумагой, которая оказалась плакатом с его обнажённой девицей. Мария не снимала его со стены, но отрицать того, что эта вещь ей не по нраву - не стала:
- Я против того, чтобы у тебя в комнате висела легкомысленная, полуобнажённая девица!.. Это не бордель! Его в пору вообще сжечь!

+1

27

Мать и сын снова начинали ссориться. Самое время оставить этих двоих наедине и дать вволю выяснять отношения между собой. Но Марина не могла: «Я не могу появиться в таком виде. Если меня так кто-нибудь увидит, Маттео это не понравиться».
Женщина как будто мысленно оправдывалась. На самом деле, она не могла отвести взгляда с обнажённого торса Томми и не могла сдвинуться с места, от волнения. Сердце стало колотиться в несколько раз сильней, чем обычно, даже голова немного пошла кругом.
Марина вздохнула с облегчением, когда парень вышел из комнаты. Она постепенно начинала приходить в себя и оправдываться перед собой же.
«Почему я так волновалась? Томми же шутил! Он сам это сказал, а я поверила, как дура! На что надеялась и, главное, зачем?! Почему испугалась? Из-за пирога ли только? Почему смотрела на то, что не нужно было? Что со мной? Почему плакат выбил из колеи?» - Марина задала себе все эти вопросы, но смогла ответить только тем, что всему виной пирог, который так неожиданно упал.
А, ведь, истина была в том, что Марине никогда не оказывали подобных знаков внимания. Она всегда знала о том, кто будет её мужем и поэтому была лишена подобных диалогов.
«Смущалась, совсем как школьница… » - ругала женщина себя. – «Лишь бы никто не заметил!»
Но Мария заметила. Она была строга и тверда. Как и любая, на неё месте, Мария да Силва беспокоилась за сына. Да миссис Маттео Фальконе была согласна с ней и понимала, что та чувствует.
- Его интересуют модели.  – поспешила она успокоить подругу. – Я сама видела его «Соседку» на стене. Скажу, что это ужасно.
Марина не стала вдаваться в подробности того, что она испытала, когда Томми сделал такое неожиданное предложение.
- Но с ним нужно поговорить. Хочешь, я это сделаю?
Томас вернулся раньше, чем Марина услышала ответ. Что-ж, может оно и к лучшему? Кто знает, что у матери на уме? Тем более, у Марии да Силвы!
- Томми! – женщина почувствовала, как к ней вернулось самообладание. – Это сняла я. Ты не должен держать её у себя на стене и тем более смотреть на подобные плакаты. Ты знаешь, для чего появился пин-ап? Он создавался для солдат, молодых парней, которые бы….
Марина запнулась, подбирая нужное слово.
- ….Они смотрят на неё и с помощью своих рук снимают напряжение, чтобы не вступать в случайные связи с иностранными девушками и женщинами. Это запрещено законами многих стран. А ты его повесил, чтобы почувствовать себя взрослым! Но тебе ещё рано, думать о таком…
Марина взяла полотенце из рук Томаса и плакат, который разорвала его в клочья и выбросила в мусорное ведро. Прошло достаточно времени, прежде чем она произнесла:
«Я пойду в душ, если никто не против?»

Отредактировано Marina Falcone (02.01.2014 22:56)

+1

28

Смешно всё это! Томми не думал, что Марине вдруг не понравится «Соседка». Это весело и вообще!.. Ладно, мама, она никогда не понимала всего веселья, но почему Марина сняла его со стены?!
Кстати, он ничего не знал про солдат, которые начали вешать весёлые плакаты у себя в казармах. Конечно же, у него сразу возник вопрос: а Рауль обзавёлся таким.
«Теперь я знаю ему подарок на Рождество!.. Хе-хе!..» – Томми усмехнулся. Впрочем, потом уже было не до веселья. Марина вовсе разорвала плакат в клочья, от чего лицо парня вытянулось, а улыбка буквально сползла с его лица.
– Что ты?.. Что?.. Что?.. -  заикаясь говорил Томми, глядя в мусорное ведро.
Вот так закончилась вся его взрослая жизнь. Чем он ещё будет хвастаться перед давчёнками?! Если он не сможет больше найти плаката? Ведь мама ни за что не даст на него денег, да и ещё будет следить…
В общем, Марина с ним поступила предательски и ушла мыться в душ. А он остался внизу со смешанными чувствами и разбитыми надеждами.
«Почему я ещё мал?! У Найта есть, у всех моих друзей есть, а что я?! Я ещё мал?!» – едва не сбив маму, он помчался наверх.
Зачем он шел туда? Сам не знал. Просто злость и хотелось её куда-то деть. Томми выплеснул на двери своей комнаты. Надулся и сел на кровать спиной к тумбочке, чтобы не видеть то место, где раньше висел плакат.
Он слушал, как шумела вода в душе, где мылась Марина, внизу мама гремела посудой на кухне. На стене громко тикали часы. В общем, вся эта музыка быта действовала магическим образом.
Обида прошла. Томми решил переодеться потому, что стало холодно. В шкафу он нашёл серые брюки, которые ему достались ещё от Карлоса и зелёную футболку со странным рисунком – подарок от Лео.
Он хотел спуститься вниз, но было стыдно за своё поведение. И он оставался в комнате, боясь маминых упрёков.

Отредактировано Thomas da Silva (04.01.2014 22:07)

+1

29

– Точно-точно! – закивала Мария, когда её подруга начала рассказывать об истинном предназначении пин-апа.

Иногда дети преподносили вот такие сюрпризы: изображали из себя взрослых, вешая на стены эти плакаты, которые бы и в кладовой не сгодились.

– Забудь про этот мусор и иди переоденься! – махнула она рукой сыну, не замечая насколько сильно он потрясён действиями Марины.

«Отвратительно!.. Этот плакат!..  Наконец он занял место, которое ему принадлежит по праву – мусорное ведро!» –  и всё же в Марине была какая-то решимость.

Мария не решалась тронуть его, хотя неоднократно просила Томми снять его со стены. Несколько раз руки сами тянулись к листу бумаги с изображённой полуобнажённой девицей, но женщину останавливал страх быть плохой матерью, что Томми это сильно обидит.

Женщина ликовала, что наконец избавилась от ненавистного плаката. Томми повёл себя резко, но Марию радовало уже то, что он злится не на неё.
– Смотри, как бы дверь не слетела с петель, - крикнула она вслед мальчику, но он не слышал её.

Она вспомнила, что Марине всё ещё нечего надеть после душа. Поэтому поднялась в свою комнату, бросив по пути на крепко захлопнутую дверь в комнату Томми. Она подошла к ванной в тот момент, когда Марина уже выключила воду.

– Держи! – она протянула только руку и цветное платье из синтетики с крупным бантом на груди через дверь, - Томми зол на весь мир, что ты порвала плакат. Но от него давно надо было избавиться!.. Идём!.. Я помогу тебе прибраться на кухне!

Мария уже и забыла что вообще-то болеет и негоже ей столько быть на ногах. Она не любила болеть потому что отдыхать дома ей быстро надоедает.

Отредактировано Maria da Silva (05.01.2014 18:28)

+1

30

Марина принимала душ и терзалась от чувства жалости к Томми. Сейчас казалось, что она слишком строго с ним поступила. "Он был очень обижен, хотя с другой стороны: что тут такого? Всего лишь сняла бумажку со стены? А он сразу обиделся, а может я и неправа была?..." - ох уж, эти сомнения! Марина не любила сомневаться, но частенько это делала: начиная от выбора блюда на обед до вопросов о добре и зле: "Хорошо ли я поступила?"
Вот и сейчас женщина только это и делала, пока в душе шумела вода, а потом она повернула кран, вытерлась полотенцем и надела то, что ей принесла Мария. Миссис Маттео Фальконе посмотрела на своё отражение в настенном зеркале и подумала о том, что хватит ей уже сомневаться. Одно она знала точно: Томми парень отходчивый.
"Вот когда остынет, можно будет с ним поговорить обо всём об этом. Пожалуй, кто-то должен это сделать.... Лучше я, чем кто-нибудь другой, скажем Гарри Эммонс - его друг." - Марина решила сосредоточится на уборке и спустилась вниз.
Внизу, на кухне, её уже ждала подруга, предоставив всё самое необходимое, вплоть до перчаток, только Марина их не взяла.
- Спасибо, но я привыкла работать без них, они мне только мешают. И, Мария, - она замолчала на минуту, взвешивая своё решение. – Ты пойди, приляг, а я сама приберусь. В конце-концов, ты болеешь и тебе нужно отдыхать. А я пойду, попрошу Томми мне помочь.
Марина решительно взяла в руки тряпку и подтвердила своё решение кивком головы. Потом она отложила «орудие труда» в сторону взяла подругу за плечи и мягко развернула в ту сторону, где находилась лестница.
- Иди, - повторила она. – Я тут сама справлюсь.
Марина редко о ком-то заботилась, возможно, потому что Маттео не давал ей никогда этого делать. Обычно все члены её семьи как-то сами о себе заботились. В общем, это сильно подкупало, когда кто-то готов жертвовать собой ради.… А, действительно, ради чего? Марина не понимала, что заставляло хозяйку дома всё ещё быть на ногах и не поручить всё уборку подруге. Ведь она заслужила это!
И вот, когда Мария сдалась, миссис Фальконе взялась за уборку. Она протёрла все столы, кафель, плиту и раковину, пришлось даже вымыть окно и отнести занавеску в стирку, потому что на ней были следы от ананаса. Поднявшись наверх, Марина увидела Томаса через приоткрытую дверь. Она постучалась и осторожно вошла.
- Поможешь мне на кухне? – спросила она, точно до конца не понимая, держит ли тот на неё зла или уже всё прошло.

+1

31

– Не вопрос, конечно, помогу, - ответил Томми соседке, спуская ноги с кровати, где сидел по-турецки.
Вот это, действительно, то, что нужно! Она не стала упрекать Томми. Обошлось без нудных нотаций и длинных речей, которые заканчиваются почти одинаково: «Ты не прав и должен непременно извиниться». Томми ненавидел извинения. Именно тот процесс, когда обычно признают свою вину. Да и кто любит просить прощения? Томми ещё не знал ни одного такого человека. Лучше замять неприятный инцидент, забыть про него. Он придумал выход из тех ситуаций, где нужно просить прощение.  Если совесть начинала его мучить, Томми улыбался и пожимал плечами. Вроде бы извинялся, но не произносил этих жутких слов.
Он был рад тому, что в Марине не разочаровался! А ведь уже почти это сделал, но она вовремя всё исправила.
Воодушевленный тем, что никто не будет есть мозг, о том плохо ли поступил в гостиной, Томми спустился вниз  вперёд Марины. Он сразу же принялся за работу и сказал, что вымоет стены в гостиной. Собственно, там-то и осталось больше всего пирога. Просто хотел действительно помочь Марине, чтобы она меньше устала. С ней вообще хорошо работалось.  И хотелось работать. Потому что она всегда просила, а не заставляла, как мама.
- Эх, - грустно вздохнул Томми, - столько пирога пропало, а я ведь его даже не успел попробовать!
Потом он вспомнил, что зря  ляпнул.
«Ещё решит, что я её обвиняю», - подумал Томми, глядя на Марину.
Между ними снова воцарилась тишина. Оба молчали до тех пор, пока  Томми не рассмеялся. Вот так просто. ни с того, ни с сего.  Он поймал удивлённый взгляд Марины и поспешил объяснить, в чём же дело.
– Я сегодня с Найтом виделся, ну, с Гарри Эммонсом, – Томми снова рассмеялся, - Знаешь, что он подумал?.. Что ты со мной изменяешь мистеру Фальконе, представляешь! У этого засранца ненормальные шутки!..
И он снова рассмеялся во весь голос.

+1

32

Марина с облегчением вздохнула, когда Томас согласился помочь. Она заметила, что парень был уже в хорошем настроении – не собирался ругаться или припоминать этот плакат. Так как Марине было стыдно, за то, что она сделала, но с другой стороны она считала, что делает таким образом большое одолжение Томми.
«В будущем – он скажет «спасибо», хотя сейчас…» - Марина потрясла головой, чтобы избавиться от ненужных сомнений и подумала о том, как же лучше вернуться к теме пин-апа, чтобы не было снова ссоры?
И вот, они уже внизу. Томас весело взялся за дело, стал вытирать стены, пожалел пирог, кстати, Марине самой было жаль выкидывать такую прелесть!
«А, ведь, как странно получилось.» - подумала женщина совершенно на другую тему, - «Маттео сказал выбросить пирог, я не послушала его и отнесла соседям. Это единственное, что я сделала не так как он сказал и нате вам! Надо драить всю гостиную и кухню! Судьба? Злой рок? Это что же получается: Господь на стороне мужчин, потому что он сам мужчина?»
Марина бросила собирать крем с пола и посмотрела на потолок, переваривая только что пришедшую в голову мысль. Потом усмехнулась, качнула головой и продолжила уборку.
«Э, нет! Я говорю как Мария и как все остальные феминистки. Мне же лучше будет, если я не буду так думать, но что делать, если я согласна?!»
- Что ты сказал? – растеряно переспросила Марина. Она выслушала слова парня о том, что говорит о «них» друг Томаса. – У твоего Найта на уме только одно, вот он и сводит всех, кого не лень.
- Лучше вот что мне скажи, ты думаешь, Бог мужчина или женщина? Я думаю, что мужчина. Смотри: я приготовила пирог вчера, Маттео сказал, что он слишком сладкий и приказал выбросить. Я не стала и принесла его вам, но в итоге, мы всё равно его выбрасываем, тебе не кажется, что тут есть такой-то смысл?
Сумасшедшая? Со стороны может показаться и так, хотя Томми привык к таким разговорам, Марина иногда спрашивала что-нибудь эдакое, что выбивало парня из колеи, он, как правило, долго думал, а потом выдавал очень оригинальный ответ. Только… Марина пока ничего не сказала о плакате, не узнала, был ли уже  Томас с женщиной или же нет и для чего он повесил тот ужас?

+1

33

- Мужчина?.. - Томас озадачено почесал затылок щеткой, которой чистил стены. Он привык к тому, что Марина скакала с темы на тему.
Обычно их разговор складывался примерно так: Томми что-то рассказывал, а Марина слушала. Потом она задавала вопрос совершенно не по теме. Почему-то ему нравилось. Он не считал, что беседа не удалась.
- Мисс Мейсон говорила, что во всех религиях по-разному. В православии бога называют Отец, а в католичестве - Господь или Лорд. В индуизме много богов и среди них встречаются и мужчины, и женщины. А бывают религии, где бог вообще бесполое существо. Так что сложно сказать, - пожал плечами Томми, делясь своими познаниями в в области различных религий.
Кажется, Марину интересовало совсем другое, а не то, какого же пола бог на самом деле.
- Мама иногда говорит так же как ты, -  в той же задумчивости добавил Томми. - Если бы ты не попятилась назад, то ничего бы не случилось. Это я испугал тебя своими шутками?.. Прости. Мама права. Они дурацкие.
Он уже почистил один угол и теперь принялся отчищать плинтуса на полу.
Да-да. Томми помнил про них, хотя и пару месяцев назад вообще не знал, как называются эти штуки между стеной и полом. Потом Марина рассказала и даже научила, как их правильно нужно чистить - поперёк.
- Скажи, а тот плакат действительно был так уж плох?! Найт говорил, что такой должен быть у каждого мужчины, - после недолгой паузы спросил Томми, отирая пот со лба, - Там же ничего такого не было. Просто девушка... Ну виден чулок... Найт мне показывал плакат, где была девушка в одном белье и складывала рождественские подарки в чулок.
Томми рассмеялся, но, увидев выражение лица Марины - замолк.
"Я снова что-то не так сказал?" -  подумал он, глядя на женщину.
В этот раз он её совсем не понимал.

+1

34

Марина расхохоталась, когда увидела озадаченное лицо Томми, похоже, что он немного растерялся, но всё таки ответил и сказал очень интересные вещи. Честно говоря, миссис  Маттео Фальконе не знала и половины из того, что услышала. Она не знала, что это за религии, где Всевышний бесполое существо и тем более, откуда ей знать, что в индуизме много богов? Вот он минус, плохо быть необразованным человеком. Марина очень жалела, что не училась ни в колледже, ни в университете. Об этом и речи не шло!
"Зачем?"  - говорили родители. - "У тебя уже есть муж и дети. Жизнь удалась! Да и потом, читать и писать ты умеешь".
С  одной стороны с ними нельзя не согласиться, но в школе им говорили, что знания - это сила. Они делают человека счастливым и свободным....
- Ты молодец, Томми. Отлично всё знаешь. - она  взъерошила ему волос, когда они вместе полоскали тряпку в раковине. - Ой, извини, я тебя намочила немного!
Женщина рассмеялась и слабо толкнула того в бок. Так они весело прибирались в доме, быстро убрали большую половину гостиной комнаты. Надо сказать, что Марина умолчала  о том, что всё было не так как решил Томас. Она сначала опрокинула блюдо, а уж потом он начал шутить.
"Теперь понятно почему! Это всё этот его Найт. Шутил насчёт его и меня, вот Томми и сказал это!" - кстати, у Марины до сих пор щёки пылали от стыда, стоило только вспомнить, что парень сказал! - "Принять вместе душ! Это ж надо! И говорил не своим голосом!"
И тут Марина вспомнила, что обещала подруге поговорить с Томасом. Так сказать, на её месте должен быть отец или старший брат, но, к сожалению, одного не было, а у старших братьев свои дела: семья, служба и работа. Миссис Фальконе понимала их, но в глубине души осуждала: «Мог бы Карлос поговорить с ним!»
Загвоздка была в том, что Марина не знала как начать разговор, но Томми как будто прочитал её мысли, кстати, такое частенько происходило, иногда, она даже задумывалась, а не обладает ли он каким-нибудь особенным даром? Парень действительно очень часто говорил то что нужно и сам же себе удивлялся. Ну, как такое объяснить? Два варианта и если один из них уже был озвучен, то второй вот: Томми – баловень судьбы или родился с серебряной ложкой во рту, образно выражаясь.
Так или иначе, Томми сам задал этот вопрос. Марина некоторое время молчала, думала или надеялась, что им помешают вести такую беседу? Но когда поняла, что разговору по душам суждено быть, встала с коленок, она всегда мыла полы на четвереньках, и спросила:
«Томми, а что ты чувствовал, глядя на этот плакат? Тебе чего-нибудь хотелось сделать?»
Хуже всего, если он ответит: "Ничего". Но зная Томми, женщина была почти уверена,  что он не будет лукавить и скажет правду, он вообще плохо врёт, а если и врёт, то это сразу видно.

+1

35

Что могло заставить политтехнолога Карлоса да Силва, или же Карла Эммонса, быть в соседстве "Барнаби Вудс" в самом разгаре рабочего дня? Во-первых, у он давно забыл о том, что такое нормированный рабочий день. С тех пор как демократическая партия встала у власти, работы только добавилось. Ведь нужно было не только завоевать власть, но и удержать в своих руках. Требовалось продумать идеологию, чтобы попасть в палату представителей или в Сенат, не говоря уже о вице-президенте Сената или о спикере!
Этот день отличался от других тем, что Карлос обедал дома. Лайла хоть и утверждала, что совсем его не ждала, но приготовила вкусный обед.  Причина столь внезапного визита в родное соседство посреди дня была проста. Ему надо было изучить социальные нужды населения на текущий момент. Карлос имел представления о том, что нужно простым людям. Правда, чаще всего этими "простыми людьми" оказывались женщины. Что нужно им - Карлос знал прекрасно, но для разработки нового имиджа для очередного избирателя требовалось углубиться в изучение нужд еще и мужчин, а так же молодежи и детей.
С этими целями Карлос решил посетить библиотеку. К сожалению, в той, где была приветливая библиотекарь с симпатичными ножками сегодня была инвентаризация. Робин знал, где находятся все библиотеки во всем Вашингтоне. С этой целью Карлос заскочил домой к матери, чтобы застать Робина.
Дверь как обычно была не заперта. Карлосу иногда казалось, что донна Мария совсем не думала о безопасности собственного дома. Впрочем, и не нужно было запирать дверь если ты живешь в самом скучном районе города. Хотя недалеко был расположен неблагоприятный для жизни квартал. Может быть, совсем не зря Карлос так сильно беспокоится, о том заперта ли дверь его дома.
Он зашел внутрь. Карлос решил не возвещать громогласно о своем прибытии (хотя, конечно же, считал, что приходом озарил дом настоящей радостью). Ему не улыбалось встречаться с собственной матерью, так как они совсем не ладили.
На кухне он услышал голос соседки-Фальконе. Расстроился. Значит мама тоже где-то близко. Правда, он с радостью признал что ошибся, увидев на кухне Томми.
- Здравствуйте сеньора Фальконе и мой любимый братец, - проговорил Карлос, облокотившись о тумбу, - Объясни, пожалуйста, мой  дорогой, одну простую вещь - почему ты не в школе?

+1

36

Томми захихикал, когда Марина взьерошила ему волосы. Нет не, потому что ему не понравилось. Наоборот забавно было. Марина иногда так делала, и всегда это значило что-то хорошее. Как и сейчас. Она уже не думала про свой пирог хотя Томми все еще было жаль испорченную вкуснятину. Это ведь был его любимый пирог! В любом случае ему тоже стало приятно что он смог так ловко  выкрутится с ответом о том какого пола бог.
- Да ничего – смеясь ответил Томми, смахивая с влажных волос капельки воды.
А потом вместо ответа на его вопрос Марина задала другой. Знаете,  лучше бы она решила еще в какой-нибудь области его знания проверить. Но нет! Марина ведь кажется, начинала воспитательную беседу. Томми совсем не любил, когда Марина бралась проводить с ним профилактические беседы или читать нравоучения. Не потому что она делала это ужасно. Нет. Совсем нет. Она говорила спокойно хоть и слегка занудно. Просто Марина была "своим" человеком. Вспоминая ее, Томми бы не хотелась думать о ее последней нотации. Это прерогатива матери а Марина была его подругой. Если так можно было назвать их отношения. Но кто сказал что друзьями могут быть только ровесники?
Вы должны представлять в каком затруднительном положении он находился. Томми лишь думал о том, как же скорее "завернуть" эту воспитательно-профилактическую беседу когда в кухне возник старший брат. Он громко поздоровался прямо за спиной Томми. От неожиданности подросток вздрогнул и уронил щетку в ведро.
- Ух Карл никогда так больше не делай. Мне чуть штаны ее пришлось стирать! – на миг Томми обрадовался, что беседа с Мариной позади. Ведь она же не станет продолжать при Карлосе?
Но беда не приходит одна! Карл верно подметил что Томми не в школе.
Ему нельзя было говорить о том что подросток принимал участие в сидячей забастовке у Белого Дома. Иначе Карлос порвет его на полоски прямо здесь. Ему-то как раз Марина совсем не помешает.
Поэтому Томми соврал первое что пришло на ум:
- Просто я освободился раньше.
Томми надеялся, что Карлос зашел на минуту и у него нет времени вдаваться в подробности.  Для верности Томми решил это уточнить:
- А ты к нам надолго?

+2

37

Мария хотя и считалась больной, но уже не могла находиться дома, тем более без дела. Более того, разве она позволит Марине убираться у себя? Во-первых, она была гостьей, хотя уже отлично знала их дом. Может быть, даже лучше, чем сама Мария. Во-вторых, были причине сложнее психологически.

Женщина замечала, как её подруга влияет на Томми. Он говорит всё, что та ему скажет! Мистика какая-то! Сколько раз Мария пробовала уговорить сына, но без толку! Томми избрал самую противную политику: если с чем-то не согласен, то отвечает уклончиво. Не «нет», но и не «да».  Добиться однозначного ответа от него невозможно! Потом он всё равно делает по-своему. Мария боялась, что Марина станет в их доме нечто вроде «негласной хозяйкой». Она отлично знала дом, часто бывала, да и Мария прекрасно знала, что во многом ей уступала.

Поэтому она не хотела идти отдыхать, но Марина была настойчивой. Женщина сдалась и поднялась в свою комнату. Мария легла на кровать и прислушалась, но ничего не услышала сквозь толстые стены.  А хотелось бы знать, о чём там говорит Марина с Томми.

Мария начала читать книгу, но быстро заскучала. Лео принёс её лекции по предпринимательству, которые им читали в университете, но разобрать почерк сына было почти невозможно. Где-то он сокращал так, что Мария не понимала о чём речь. От всей этой каллиграфии у неё разболелась голова. Женщина отложила конспекты в сторону и просто лежала на кровати.

Вскоре она быстро заскучала и решила спуститься вниз, чтобы помочь чем-нибудь Марине. Ну, или, заставить Томми остаться и закончить уборку (она была уверена, что он уже «рвёт когти»).

– Карлос!.. Рада тебя видеть! – воскликнула женщина совершенно искреннею
Хорошо, что он пришёл. Надо сказать, чтобы поговорил с Томми насчёт того плаката.

– Как идут дела? вам точно не нужна помощь? – обратилась она к Марии и Томми.

+2

38

Марина так и не услышала ответ, Карлос появился очень не вовремя, и она испытала даже некое разочарование. Всё-таки, человек очень странное существо: как быстро меняется мнение! Еще несколько минут назад Марина мечтала, чтобы кто-то появился, а сейчас жалела, что так и не услышит ответ.
- Привет Карлос! Мария, как видишь, всё чисто! – она дружелюбно поздоровалась со старшим сыном Марии. Несмотря на то, что Карл не любил семью Фальконе и мог смело выступить против него, Марине он нравился и несмотря на все свои плохие поступки оставался для неё хорошим, в первую очередь потому что всегда был очень смелым и ответственным.   
Но лёгкое разочарование прошло быстро, ведь теперь, разговор по душам можно перепоручить старшему брату. Марина заметила, как он интересовался жизнью Томми.
«Значит, он должен это знать.» - решила Марина, дотирая полы. В гостиной и на кухне стало чисто, от пирога не осталось и следа, разве что запах, но и он скоро пройдёт.
Миссис Фальконе колебалась: «Говорить Карлосу или нет?» Пыталась отделаться от чувства,  что придаёт Томаса.
«А вдруг, он не хочет, чтобы брат знал?» - Марина несколько раз поменяла своё решение, прежде чем попросила  Марию проверить её одежду, а Томми помочь маме.
Томми и Мария послушно поднялись наверх. Стоило только парню скрыться Марина снизила голос и вымыв руки заговорила со старшим среди детей да Силвы.
- Карлос, я сегодня нашла пин-ап на стене в его комнате, а ещё он сегодня очень неудачно пошутил, когда предложил нам вместе принять душ. И ты знаешь, что он общается с сыном пастора Эммонса? Этот хулиган говорил про меня и Томми, якобы я изменяю мужу с ним. Мне кажется,  с Томасом пора поговорить.  – серьёзно сказала Марина, не скрывая своего раздражения, когда говорила о Гарри. Внимательный человек бы заметил, что она чуть не проболталась, ведь женщина в шаге была от того, чтобы рассказать Карлосу, что Томми сегодня не был в школе.

0

39

Марина галантно всех выпроводила из гостиной. Карл тут же заподозрил что-то неладное.
«О чём она хочет со мной поговорить?.. О Фальконе?.. Но что я ему сделал? Мы не ладим, но и не трогаем друг друга», - он внимательно наблюдал за миссис Маттео Фальконе.
Немного отвлёкся, рассуждая о том, почему же все мужчины (в частности, и он сам) берут в жёны таких наседок как Марина или Лайла? Даже нынешний президент выбрал себе в жёны самую порядочную.  При этом, такие шикарные женщины как Симона или Мэрилин Монро остаются в одиночестве. Мужчина на долю секунды представил себе семейную жизнь с Симоной и понял, что она абсолютно не приспособлена к ведению хозяйства, не говоря уже о детях. Чему бы она научила Мелли и Молли? 
Хотя, Симона представлялась ему весьма неплохой личностью. Она много притворялась и врала. Карлос умел отличать правду от лжи. Ведь сам часто прибегает к обману и дома, и на работе. Впрочем он был убеждён, что его ложь вынужденная. Сколько раз ему приходилось придумывать имидж для избирательной компании? Порой истинное лицо человека и его экранный образ были настолько не похожи… Он считал себя человек честным, который никогда никого не обманывает. Но приходится иногда лукавить!..
Пока он придавался размышлениям, Марина культурно разогнала всех, и они остались наедине.
Она сразу взяла быка за рога и выложила о Томми.
-  Пин-ап?.. У Томми?.. – удивился он, но не только этому.
Марина с ним говорила как с отцом Томми. Карлос не сильно скрывал то, что ему было безумно приятно, хотя и речь шла не о самых приятных вещах. Если уже посторонние люди разговаривают с ним о младших братьях, будто бы он их отец… Для Карлоса это значило лишь то, что его мнение становится всё более важным в узких кругах.
– Миссис Фальконе, не слушайте Эммонса. Он брат моей жены и я не должен так говорить, но он редкий кретин. Я сам его на дух не переношу, но, тем не менее, прошу за него у вас прощения, - ответил Карлос.
Что касается Томми, то он не мог не отметить про себя, что мальчик растёт и даже пользуется теми приёмами, которыми он его научил.
«Принять душ вместе!.. Молодец!. Сделал всё как надо и вовремя вспомнил!» – он тоже не придал шутке Томми большого значения, решив, что младший брат просто решил потренироваться на соседке.
Конечно же, женщинам не нужно знать эту прозу жизни. Поэтому Карлос ответил:
– Где он только этого нахватался?! Я поговорю с ним обязательно, – можно уже считать, что разговор был почти окончен, - Мария это знает?
Он не всегда называл Марию да Силва мамой. Чаще по имени. Привычка такая.

+2

40

Не сказать, что Мария была рада услышать скупое приветствие сына. Она всегда была рада видеть Карлоса. Да, может быть, она совсем не была идеальной матерью. Особенно, если учитывать, что старший сын рос в настоящем бедламе: кругом грязные пелёнки, соски и детский плач. Карлос рано вырос. Мария даже не заметила как.

Обидно было слышать, когда он называл её по имени или не считался с её мнением, вступал в спор. Никакого уважения! Марии было это важно. Она, однако же, не обижалась на него по таким пустякам. Утешала себя мыслями, что Карлос ещё одумается, изменит свою точку зрения. Сначала Мария думала, что этот момент настанет, когда мальчик вырастет и закончит школу. Потом как женится. Затем, как станет отцом. Теперь же она просто надеялась, что однажды это произойдёт, а когда именно – неважно.

В ванной на первом этаже, та, что находится прямо за кухней, была стиральная машина. Подвал в доме не был предусмотрен. Вернее, он был, но дверь изначально туда была заколочена. Никто не стал её трогать. Пришлось смириться со столь необычным явлением, как стиральная машина в ванной. Ведь её место в подвале. Просто это комната была необоснованно большой.  Там была ванная и туалет, в дальнем от двери углу, была стиральная машина, прямо на которой гладились вещи.

– Скажи, что теперь будет с тестом, который ты прогулял? – поинтересовалась Мария у сына, разглаживая юбку Марины.

Гладила она неважно. Боялась прижечь утюгом. Вещи у Марины всегда выглядели такими дорогими.

+1


Вы здесь » Barnaby Woods » Частные дома » Сплетни. Кофе. Пирог. 25 мая, 1961 год, 11.30


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC